“Справедливость лишь на небесах”: смертная казнь в Узбекистане (из доклада МА)

Эти противоположенные взгляды на применение смертной казни свидетельствуют об огромном разрыве между правительством Узбекистана и многочисленными критиками системы уголовной юстиции страны. Множество самых разных заявлений – заключенных, ожидающих смертной казни, их родственников и адвокатов, а также местных правозащитников – все подтверждают выводы экспертов: Узбекистан не выполняет свои международные обязательства в области прав человека.

Ежегодно в Узбекистане приводятся в исполнение десятки смертных приговоров, вынесенных в результате судебных процессов, не отвечающих стандартам справедливого суда. Многие из казненных подвергаются пыткам, и использование на суде в качестве доказательств признаний, полученных под пытками, является обычной практикой. Неотъемлемую часть следствия по таким делам, а также суда и апелляционного процесса, составляет коррупция. Процедура помилования и сами казни покрыты завесой секретности, в результате чего наказанию подвергаются не только сами осужденные, но и их родственники.

Такие нарушения не ограничиваются лишь делами, по которым выносится смертный приговор – в их основе лежит отсутствие независимой судебной системы и бездействие правительства, не искореняющего других причин нарушений прав человека. Данный доклад посвящен непосредственно проблеме смертной казни, что позволяет осветить наиболее ужасные и необратимые последствия, которые влечет за собой порочность узбекской системы уголовного правосудия.

Смертные приговоры приводятся в исполнение в тайном порядке, и семья и друзья не имеют возможности проститься с осужденным. Очень часто родственники осужденного в течение многих месяцев или даже лет находятся в неведении относительно того, жив ли он или казнен. Им не сообщают, где захоронены их близкие, им некуда придти, чтобы оплакать своих близких. Многие проводят в поисках годы, всё надеясь узнать, где находится могила.

Специальный докладчик ООН по вопросу о пытках охарактеризовал практику обращения с этими людьми как “умышленную и равнозначную жестокому и бесчеловечному обращению”.

Родственники подозреваемых в преступлениях, караемых смертной казнью, также нередко подвергаются преследованиям со стороны представителей власти. Их используют в качестве заложников, чтобы обеспечить арест подозреваемого, подвергают пыткам, избивают и угрожают изнасилованием. Вследствие действий коррумпированных чиновников многие из них были уволены с работы, лишились всего имущества и разорились.

С тех пор, как Узбекистан обрел в 1991 г. статус суверенного государства после развала СССР, были случаи, когда правительство откликалось на озабоченность местных правозащитников и международного сообщества по поводу смертной казни. За последние три года было отменено, по крайней мере, 11 смертных приговоров по делам, к которым привлекали внимание местные активисты и международное сообщество. (Это произошло после того, как вопрос о девяти из тих был поднят Комитетом по правам человека ООН. На данный момент Международной Амнистии известно, в общей сложности, о 19 смертных приговорах, отмененных в Узбекистане с 1999 г).

Узбекские власти заявили также о своем намерении отменить смертную казнь поэтапно. За период с 1994 г. число преступлений в Уголовном Кодексе, предусматривающих высшую меру наказания, сократилось с 13-ти до 4-х. В 1995 г. Узбекистан ратифицировал Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах (МПГПП), позволяющему узбекским гражданам обращаться с жалобами на нарушения прав человека в Комитет ООН по правам человека – экспертный орган, в задачи которого входит контроль над соблюдением МПГПП государствами-участниками. По закону, высшая мера наказания не может применяться к мужчинам младше 18 лет и старше 60 на момент совершения преступления, а также к женщинам.

И тем не менее, узбекские власти не признают фундаментального характера проблем, связанных со смертной казнью. Они не продемонстрировали необходимой политической воли к последовательному реформированию законодательства и государственных институтов и приведению их в соответствие с обязательствами страны в рамках международных стандартов в области прав человека.

Кроме этого, правительство пренебрегает имеющими юридическую силу обязательствами, которые Узбекистан принял на себя добровольно как государство-участник Факультативного протокола к МПГПП, не приостановив приведение в исполнение смертных приговоров как минимум в отношении девяти человек, заявления которых на тот момент находились на рассмотрении Комитета ООН по правам человека.

“Международной Амнистии” известно о следующих случаях: Максим Страхов (приговор приведен в исполнение 20 мая 2002 г.), Нигматулло Файзулаев (приговор приведен в исполнение в апреле 2002 г.), Рефат Туляганов (приговор приведен в исполнение в январе 2002 г.), Жолдайсбай Кобейсинов (приговор приведен в исполнение в ноябре 2002 г.), Оралбай Кеюнимажев (приговор приведен в исполнение в ноябре 2002 г.), Илхом Бабаджанов (приговор приведен в исполнение 7 мая 2003 г.), Максуд Измайлов (приговор приведен в исполнение 7 мая 2003 г.), Азамат Утеев (приговор приведен в исполнение 7 мая 2003 г.), Музаффар Мирзаев (приговор приведен в исполнение 5 июня 2003 г.)

Последовательно нарушая эти обязательства, Узбекистан лишает осужденных на высшую меру наказания и их доверенных лиц возможности использовать этот важнейший механизм международной защиты от нарушений прав человека, которые допускает глубоко порочная система уголовной юстиции Узбекистана. В феврале 2003 г. Специальный докладчик ООН по вопросу о пытках выразил серьезную обеспокоенность по поводу того, “что выглядит, как отсутствие должного внимания к просьбам [Комитета ООН по правам человека] в защиту лиц, которым угрожает применение пыток или даже смертная казнь, или тех, кто стали жертвами пыток, и непринятие каких-либо действий в связи с этими просьбами”.

Статистика по применению смертной казни остается закрытой, несмотря на запросы со стороны Комитета ООН по правам человека, Специального докладчика ООН по вопросу о пытках, а также Комитета ООН по предупреждению пыток – специального органа, в задачи которого входит контроль над соблюдением государствами-членами своих обязательств в рамках Конвенции ООН против пыток и бесчеловечного или унизительного обращения или наказания (Конвенции против пыток). Кроме того, Узбекистан игнорирует обязательства по обмену информацией “по вопросу об отмене смертной казни”, взятые им на себя в качестве страны-участницы Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ)

Другие государства тоже нарушают международные соглашения, обязывающие их защищать граждан Узбекистана. Казахстан, Кыргызстан, Российская Федерация, Таджикистан и Туркменистан выдавали Узбекистану лиц, которые по возвращении в Узбекистан приговаривались к смертной казни в результате судебных разбирательств, проведенных с нарушением международных стандартов справедливого суда, и часто сопровождались сообщениями из достоверных источников о применении пыток.

Узбекским властям давно следует коренным образом изменить свою политику в отношении применения смертной казни. В своих рекомендациях, предлагаемых в данном докладе и отдельно изложенных в заключении, Международная Амнистия призывает правительство Узбекистана предпринять срочные шаги по отмене смертной казни и немедленно наложить мораторий на вынесение и исполнение смертных приговоров. Кроме того, правительству следует изменить приговоры в отношении всех осужденных на высшую меру наказания.

В основе данного доклада лежит широкое исследование данной проблемы, которое осуществлялось, в частности, посредством контакта с родственниками осужденных, представителями неправительственных организаций, юристами, а также встреч с государственными чиновниками во время визита делегаций Международной Амнистии в Узбекистан в июле 2002 г. и июне 2003 г.

Смертная казнь как нарушение прав человека

Международная Амнистия выступает против применения смертной казни по всему миру во всех случаях без исключения. Смертная казнь есть крайняя форма отрицания прав человека. Она представляет собой предумышленное и хладнокровное убийство человеческого существа, совершаемое государством во имя правосудия. Смертная казнь – это крайняя форма жесткого, бесчеловечного и унижающего достоинство наказания.

При сохранении смертной казни всегда будет оставаться риск наказать невиновного.
Как организация, обеспокоенная положением жертв нарушений прав человека, Международная Амнистия ни в коей мере не стремится преуменьшить значение страданий тех, чьи родственники стали жертвами убийства. Однако недостатки в функционировании системы правосудия приводят к тому, что эта система оказывается равно несправедливой как к этим людям, так и к тем, кого она пропускает через себя.

Кроме того, необратимость и жестокость, присущие смертной казни, делают ее неприемлемой и неадекватной формой реагирования на преступное насилие. Многочисленные исследования не предоставили убедительных доказательств того, что смертная казнь предотвращает преступления более эффективно, нежели другие виды наказания.

В последнем анализе данных различных исследований в области соотношения между смертной казнью и уровнем убийств, проведенном для ООН в 1988 г. и обновленном в 2002 г., содержится следующий вывод: “Было бы неразумно принять гипотезу, в соответствии с которой угроза высшей меры наказания удерживает от совершения убийства хоть сколько-нибудь лучше, нежели считающееся более мягким наказание в виде пожизненного заключения.” Отсутствие четкого подтверждения исключительного устрашающего эффекта высшей меры наказания указывает на то, насколько неэффективно и опасно ставить гипотезу о сдерживающем влиянии в основу государственной политики в области смертной казни.

Наперекор всемирной тенденции к отмене смертной казни

Узбекистан игнорирует мировую тенденцию в направлении отмены смертной казни. Более половины всех стран на настоящий момент отменили смертную казнь законодательно или не используют ее на практике. В течение последних десяти лет в среднем более чем по три страны ежегодно отменяют смертную казнь за все виды преступлений. В настоящее время 112 стран отменили смертную казнь в законе или на практике, а 83 страны по-прежнему прибегают к высшей мере наказания.

В 1977 г. Генеральная Ассамблея ООН признала “желательность отмены этого наказания [смертной казни]”.1 В 2003 г. Комиссия ООН по правам человека еще раз повторила свой призыв к государствам-участникам Международного пакта о гражданских и политических правах, которые еще не являются участниками Второго Факультативного протокола к Пакту, направленного на отмену смертной казни, рассмотреть возможность подписания или ратификации Протокола. Комиссия также призвала государства, которые прибегают к высшей мере наказания, “отменить смертную казнь полностью, а пока наложить мораторий на исполнение смертных приговоров”.

Вступив в ОБСЕ, Узбекистан обязался не снимать вопрос об отмене смертной казни с повестки дня.

Страны-участницы Евросоюза (ЕС) в стратегическом документе 1998 г., определяющем политику ЕС в области смертной казни, приняли решение “работать в направлении всеобщей отмены смертной казни” в своих взаимоотношениях с третьими странами. ЕС выступил с рядом заявлений от лица узбекских заключенных, ожидающих смертной казни, призывая власти не приводить приговоры в исполнение. В 1999 г. Узбекистан заключил с ЕС Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, в рамках которого стороны обязались “стремиться к сотрудничеству в вопросах, связанных с ... поощрением и защитой прав человека”.

~~~
(1) Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 32/61, 8 декабря 1977 г. Веб-сайт: http://www.un.org/documents/ga/res/32/ares32.htm

ВЕСТНИК №30

К началу страницы