АФРИКА
 |
||
| Африка | ||
|
Региональный обзор, 2004 год
Вооруженные конфликты
В ходе вооруженных конфликтов в Демократической Республике Конго (ДРК), Сомали, Судане и Уганде бойцы правительственных сил и группировок вооруженной оппозиции продолжали совершать массовые убийства, похищать и насиловать людей. Успех, достигнутый в реализации ряда мирных соглашений в Бурунди, Кот-д'Ивуаре и Сомали, оказался непрочным; в некоторых районах не прекращались периодические вспышки насилия.
Стороны, участвующие в вооруженном конфликте на северо-востоке Судана, обязались прийти к мирному соглашению к концу 2004 года. Договоры о разделе имущества и сфер влияния уже заключены, также достигнуты предварительные договоренности по обеспечению безопасности. Однако, невзирая на эти соглашения, в ходе обострения конфликта в Дарфуре на западе Судана тысячи человек были убиты или изнасилованы; сотни тысяч жителей изгнаны из своих домов, большинство - отрядами лояльных правительству ополченцев. Различные группировки, участвующие в конфликте, постоянно нарушали договоренности о прекращении огня.
В Сомали на заключительном этапе согласительного процесса, призванного положить конец продолжающемуся более десяти лет разрушению страны и противостоянию между фракциями, вновь избранный президент сформировал правительство, а также был создан парламент переходного периода. Лидеры большинства фракций вошли в новое правительство.
Сохранялась нестабильность в восточном районе ДРК. Вооруженные политические группировки по-прежнему совершали убийства; гражданское население подвергалось изнасилованиям и надругательствам; периодически вспыхивали столкновения между противоборствующими силами. Нестабильная обстановка осложнялась действиями вооруженных формирований из соседних стран.
В 2004 году возросла роль миротворческих миссий в Африке. Миссия ООН в Кот-д'Ивуаре и Африканская миссия в Бурунди получили статус миротворческих миссий ООН, а миротворческая миссия ООН в ДРК была усилена дополнительными войсками. Совет по вопросам мира и безопасности АС направил миротворцев в Дарфур, поручив им защищать гражданское население. Несмотря на увеличение численности войск ООН и АС в регионе, гражданское население Букаву, ДРК и Дарфура зачастую оказывалось беззащитным.
Массовое распространение огнестрельного оружия в регионе по-прежнему оставалось основной причиной нарушения прав человека. В связи с этим Совет Безопасности ООН объявил эмбарго на поставку оружия всем неправительственным формированиям в Дарфуре. Однако механизмов для контроля соблюдения эмбарго введено не было, и, кроме того, эмбарго не распространялось на правительство Судана, несмотря на очевидную причастность властей к многочисленным нарушениям прав человека. Совет безопасности также наложил эмбарго на поставку оружия в Кот-д'Ивуар, но опять-таки не сумел должным образом проконтролировать его соблюдение.
По мере окончания вооруженных конфликтов предпринимались либо планировались масштабные программы по возвращению беженцев. Сотрудники Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев в Бурунди и Нигерии способствовали добровольному возвращению беженцев на родину. Продолжилась репатриация тысяч беженцев в Анголе. В странах, где беженцы проживают уже длительное время, таких, как Танзания, беженцы нередко сталкивались с ухудшением условий жизни, нежеланием принимающих государств размещать новые массы людей и давлением со стороны властей, настаивающих на репатриации.
Конфликты, подобные дарфурскому, послужили причиной появления большого числа перемещенных лиц. Нападение на перевалочный центр для конголезских беженцев в Бурунди, унесшее жизни свыше 150 человек, еще раз продемонстрировало необходимость усиления защиты как беженцев, так и гражданского населения в целом.
Международное правосудие
В борьбе с безнаказанностью лиц, нарушающих права человека в ходе вооруженных конфликтов, наметился прогресс благодаря применению инструментов международного права.
Правительства ДРК и Уганды передали дела о военных преступлениях и преступлениях против человечества в Международный уголовный суд (МУС) в числе первых дел, по которым прокуроры МУС были готовы начать расследование. Поскольку МУС имеет возможность вести следствие и выносить приговор лишь по небольшому количеству не связанных друг с другом дел, сохранялась необходимость разработки комплексных мер по борьбе с безнаказанностью за все преступления такого рода, независимо от того, какая из сторон конфликта их совершила, и невзирая на должность преступника. Позднее Уганда выдвинула предложение о рассмотрении военных преступлений и преступлений против человечества в рамках традиционных процедур мирного урегулирования, однако те дела, которые уже были переданы страной в МУС, не могут быть отозваны.
В Специальном суде по Сьерра-Леоне начались первые слушания по делам лиц, обвиняемых в совершении преступлений против человечества, военных преступлениях и других серьезных нарушениях международного права, включая изнасилования, другие формы полового насилия и сексуальное рабство. Ранее Суд постановил, что всеобщая амнистия, объявленная в рамках мирного договора Ломе от 1999 года, «не может воспрепятствовать» Суду вынести обвинительные приговоры за преступления против человечества и военные преступления.
Кроме того, Суд постановил, что бывший президент Либерии Чарльз Тейлор не имеет иммунитета от судебного преследования. Сам Тейлор, которому вменяется в вину «основная часть ответственности» за убийства, нанесение увечий, изнасилования и совершение других преступлений посредством активной поддержки сил вооруженной оппозиции в Сьерра-Леоне, по-прежнему находился на территории Нигерии. Ему предоставили статус беженца и, по всей видимости, дали гарантии того, что не будет выдан Специальному суду и не подвергнется судебному преследованию в Нигерии.
В соответствии с резолюцией Света Безопасности, специальная следственная комиссия провела расследования по фактам сообщений о нарушении международного гуманитарного права и прав человека в Дарфуре. Комиссии было поручено установить, имели ли место акты геноцида, а также установить личности виновников для последующего привлечения их к ответственности за содеянное.
Верховный комиссар ООН по правам человека начал расследование по фактам незаконных убийств и применения чрезмерной силы в отношении участников антиправительственной демонстрации в Кот-д'Ивуаре. Еще одна следственная комиссия, созданная в соответствии с положениями мирного соглашения Лина-Маркусси 2003 года в Кот-д'Ивуаре, до сих пор не опубликовала результаты завершенного в 2004 году расследования случаев нарушения прав человека с сентября 2002 года. Отчет этой комиссии должен был послужить основанием для возбуждения судебных дел.
По запросу Совета Безопасности ООН эксперты дали оценку возможности учреждения Международной судебной следственной комиссии по Бурунди в соответствии с планами мирного договора, подписанного в городе Аруше в 2000 году. Комиссия призвана провести следственные действия и определить меру ответственности в соответствии с международным правом за преступления, совершенные в период между получением страной независимости от колониального правления и моментом подписания указанного мирного договора..
Насилие в отношении женщин
Несмотря на прекращение вооруженных конфликтов в Центральноафриканской Республике, Кот-д'Ивуаре и Либерии, женщины продолжали становиться жертвами изнасилований и других форм полового насилия. В Дарфуре и на востоке ДРК такие преступления как инструмент ведения войны использовались против женщин и девушек, уже многие годы живущих в атмосфере насилия. Женщинам не удавалось скрыться даже в лагерях беженцев. Коллапс системы здравоохранения в ДРК привел к тому, что изнасилованные не могли рассчитывать на медицинскую помощь даже в случае смертельных травм и заражения инфекционными болезнями. Отсутствие базового здравоохранения характерно и для многих соседних стран.
Появились новые свидетельства того, что причина насилия в отношении женщин в ходе вооруженных конфликтов и в послевоенное время коренится в половой дискриминации и что насилие является крайним проявлением дискриминации и неравенства, с которыми женщины сталкиваются в мирное время. Женщины постоянно находились под угрозой физического насилия и ущемления фундаментальных прав. Насилие, которому женщины подвергаются в мирное время, способствовало тому, что домашнее насилие воспринимается широкими кругами общества как приемлемое явление. В Нигерии, равно как и в других странах, дискриминация на семейном и социальном уровне подкреплялась дискриминационными положениями законодательства.
Многим девушкам, живущим за чертой бедности, по-прежнему грозила насильственная вербовка в армию в качестве малолетних солдат. Их избивали, обращали в сексуальное рабство и даже убивали. В ДРК продолжали вербовать несовершеннолетних солдат, несмотря на принятый план демобилизации армии, который к концу года, по большей части, все еще не был реализован. В программах по разоружению, демобилизации и реабилитации не предусматривалась работа с жертвами сексуального насилия.
Смертная казнь
В Кот-д'Ивуаре и Сенегале официально отменили смертную казнь. Многие другие страны продолжали придерживаться фактического моратория на смертную казнь. В Нигерии Национальная группа по изучению проблемы смертной казни призвала правительство ввести мораторий на приведение смертных приговоров в исполнение, а также заменить высшую меру наказания пожизненным заключением в отношении всех заключенных-смертников, апелляции которых были рассмотрены и отклонены. В Сьерра-Леоне Комиссия по вопросам правды и примирения рекомендовала властям немедленно отменить все законы, предусматривающие применение высшей меры наказания. Однако вскоре после этого по обвинению в государственной измене к смертной казни приговорили еще 10 человек.
Во многих странах, том числе в Бурунди, Экваториальной Гвинее, Кении и Мавритании, ряд заключенных все еще находились в камерах смертников. Большинство из них осуждены на смерть по итогам несправедливых судов. В 2004 году в Судане к смертной казни приговорили несколько сотен человек.
Экономические, социальные и культурные права
Экономические условия в Африке к лучшему не изменились. Грандиозные масштабы коррупции и незаконного использования природных ресурсов приводили к ущемлению экономических, социальных и культурных прав многих людей, особенно членов наиболее бедных слоев общества. В первую очередь ущемлялись права на пищу, воду, медицинскую помощь, жилье и образование, а также гражданские и политические права, включая право на справедливый суд и эффективное отправление уголовного правосудия.
В Зимбабве целые поселения постоянно сталкивались с нарушением права на пищу, что отчасти было связано с дискриминационной политикой правительства, использовавшего поставки продовольствия в качестве метода подавления политической оппозиции. Продолжалось ущемление права на получение необходимой медицинской помощи в Руанде, ЮАР и Свазиленде, права на жилье в Анголе, особенно в отношении женщин, детей, пожилых людей, представителей различных меньшинств и мигрантов. Росло понимание основных потребностей носителей ВИЧ и больных СПИДом; постепенно увеличивались поставки лекарств от ретровирусных инфекций по государственным каналам и через программы Всемирного фонда. Тем не менее многое еще предстоит сделать для преодоления дискриминации, влияния нищеты и острой нехватки квалифицированных медицинских работников - всего того, что мешает настоящему осуществлению права на здоровье.
Политические репрессии
Региональные власти не прекращали нападки на свободу слова и объединения, причем в Свазиленде ограничения налагались на законодательном уровне. Власти Кот-д'Ивуара запугивали журналистов и правозащитников, манипулируя печатными СМИ. В Камеруне, Мавритании и Зимбабве для подавления инакомыслия и оппозиции использовались правоохранительные органы.
В Зимбабве трибунал признал невиновным лидера оппозиции Моргана Цвангарайя, обвинявшегося в государственной измене, однако независимость судей вызывала сомнения. Отрядам молодежной дружины в Зимбабве дозволялось безнаказанно нападать на лиц, которые, как им показалось, критически отзывались о работе правительства.
В Эритрее тайно содержались под стражей тысячи политических оппонентов и граждан, критиковавших правительство. Многие из них - узники совести. Некоторых осудили закрытые полевые суды, состоящие из военнослужащих или полицейских, в нарушение основных норм справедливого судопроизводства. Подсудимым не раскрывали сути выдвинутых против них обвинений, не давали права на самостоятельную защиту или законного защитника, а также лишали права обратиться в независимую судебную инстанцию для подачи жалобы.
В Судане, в соответствии с «Законом об органах государственной безопасности», арестам подверглись лидеры политической оппозиции, возможные критики действий правительства, студенты и активисты. Согласно этому закону, допускается заключение без суда и следствия сроком до девяти месяцев, причем задержанные лишены права на переписку и сообщение с внешним миром. Поступали сообщения о том, что многих задержанных пытали или подвергали жестокому обращению.
Нежелание властей привлекать к ответственности сотрудников правоохранительных органов и спецслужб, подозреваемых или обвиняемых в грубом нарушении прав человека, способствовало усилению атмосферы безнаказанности в ряде стран региона. Кроме того, отсутствие практики тщательного и беспристрастного расследования сообщений о применении пыток и внесудебных казней значительно ослабляло принцип верховенства закона.
Положение правозащитников
Правительства нескольких стран ввели жесткие ограничения на деятельность правозащитников. Принятый зимбабвийским парламентом закон, регулирующий деятельность неправительственных организаций, наделил правительство широкими полномочиями вмешиваться в жизнь гражданского общества и деятельность правозащитных организаций через Совет НПО, члены которого назначаются государством. В соответствии с этим законом, правозащитным организациям Зимбабве могли запретить получать финансовые средства на ведение правозащитной деятельности из-за рубежа, а иностранным правозащитным организациям могло быть запрещено работать на территории Зимбабве.
В Руанде была фактически свернута деятельность ведущей независимой правозащитной организации - «Руандийской лиги по укреплению и защите прав человека». Лига оказалась среди целого ряда местных НПО, рекомендованных к роспуску по итогам расследования парламентской комиссии, на основании того, что они якобы поддерживали геноцид. Само расследование нельзя назвать ни справедливым, ни прозрачным.
Правительство Судана, вместо того чтобы привлечь к суду виновных, продолжало арестовывать правозащитников, разоблачавших случаи нарушения прав человека. Власти Эритреи не разрешали местным правозащитным организациям работать, а также запретили въезд в страну представителям международных правозащитных организаций.
В Кот-д'Ивуаре правозащитники подверглись нападкам за выражение своего мнения, которое было воспринято как критика в адрес правительства. Позитивным фактом стало учреждение Африканской комиссией по правам человека и народов должности специального докладчика по делам правозащитников. Однако Комиссия по-прежнему сталкивалась с крупными проблемами, включая нехватку средств для осуществления своих полномочий.
